Разговор с ненормальным

Просто заглядывайте в его клеверы не каждый день, а раз в полгода.

Ракетой по Тернополю, ночью, когда люди спали. Не менее 25 погибших мирных жителей к этому моменту, в том числе трое детей. Военный объект, очевидно. Будут ли раисяне сегодня давиться едой в кафе и ресторанах, станет ли у них меньше веселых презентаций, тусовок, культурных мероприятий, киносеансов, комеди-клабов, остроумных долбоебов в соцсетях? Нет, разве что больше, потому что чем больше зла приходится вытеснять, тем им задорнее. Обычным пломбирянам-раисянам, не людоедам, похуй на этих погибших в Украине, которых убили их друзья, родственники и соседи.

Военный фильм Август, спродюсированный военным же преступником Эрнстом, собрал в прокате миллиард. Пока Раиса бомбит жилые дома, детские сады и больницы, два с половиной миллиона раисян сходили посмотреть на героизацию руссонацистов в кино. Среди двух сорежиссеров - сын Владимира Высоцкого, жалко, конечно, что говно у папы получилось, но уж о персоналиях нынче смешно даже говорить. 

Я прекращаю вести "хронику прогрессирующего безумия", которая началась в этом блоге года полтора назад, а затем продолжалась в отдельном. Контраст между прошлым и настоящим той страны потихоньку замылился. Пока в происходящем просматривался Кафка, было занятно, когда прорезался Орвелл, стало страшновато, теперь уже валом пошел Сорокин, и это противно и скучно. Фантазия вырожденцев сдает: ну, выплаты беременным школьницам, убийства беременных школьниц, фсб-мессенджеры для слежки за беременными школьницами, отмена пенсий для бывших беременных школьниц, сегодня вот пересадка органов от беременных школьниц и их выблядков гериатрическому лидеру, дрочащему на мертвых беременных школьниц... все это уже much of a muchness. Мой интерес к перевариванию этого контента остыл. А творимый в Украине геноцид приобрел почти такие же промышленные масштабы, как газовые печи третьего рейха, так что новости о нем вперемешку с новостями из гниющего поросятника просто неуместны.

Сеймур-Смит, например, упоминает, что Достоевского всю жизнь интересовало насилие над маленькими девочками. Это очевидно из его творчества; и даже если не верить на слово Тургеневу, что Достоевский лично пережил ставрогинский опыт, то, по крайней мере, это не моя фантазия. "Русский мир" очевидно и влечет, и поощряет педофилию вплоть до убийства детей: не стану перечислять подвиги русской армии, за которые ЖЖ забанит этот пост, но буквально вчера очередной герой СВО получил пожизненное за изнасилование и убийство восьмилетней; бесогон Михалков жалуется, что Запад изживает институт семьи, не кому-нибудь, а Скотту Риттеру; Вуди Аллен принимает участие в московской кинотусовке; и т. п. Через Достоевского видно, что это не просто сексуальная инверсия, расцветающая в экономической и социальной разрухе, а именно родство "русского Христа" с садистическим половым извращением, диктуемым психологической неразвитостью (нигде, кстати, нет столько ненавистников психологии, как в Эрэфии). Если Христос - это апофеоз Эроса, то педофилия психологически обусловлена ущербным, неразвитым Эросом; соответственно, "русский Христос" Достоевского - это недоХристос, это богохульство, это поругание и отрицание Христа; как "особая историческая миссия" России - это миссия Танатоса, Вельзевула, Антихриста. Проверочное слово - Набоков, еще один знаменитый русский педофил, воплощение инфантильного Эроса.

Руссонацисты разбомбили конюшню в Одессе.

Обсуждали с Ирой казус Иличевского (и вписавшихся за него) как зеркало русской культуры. Вот здесь, например, у Валерия Аджиева в одном из последних абзацев и в целом интересной заметки коротко упоминается, насколько нормализован стал плагиат в рядах т. н. русской интеллигенции (привожу ссылку как индикатор того, что случай не единичный, в том числе среди людей с именем и репутацией). И вспомнилась мне в этой связи одна история аж из 2004-го, первого моего года в ЖЖ.

Был тут тогда один относительно популярный юзер "из интеллигентных", называть его не стану. Мы взаимно зафрендились, потом, слово за слово, выяснилось, что живем по соседству, и пришел он как-то ко мне в гости. Деталей нашего разговора не помню, кроме одной, но уж эту одну запомнить была причина. Поскольку был мой новый френд по специальности лингвист, я ему рассказал о забавном случае с русским переводом Имени розы, в котором Костюкович неверно перевела принципиальную латинскую фразу, которой заканчивается роман и которая служит ключом ко всему тексту (stat rosa pristina nomine, nomina nuda tenemus). Вечером того же дня, если не ошибаюсь, или на следующий день уж точно, мой гость накатал пост с изложением рассказанной ему истории и без всякой, естественно, атрибуции, даром что первоисточник - я - был у него во френдах. Мне вот на запрещенной платформе указывают, что я неверно называю таких людей быдлом. По мне, однако, вот эта склонность делать рожу репой, позволяя себе любые большие и маленькие скотства, - она и есть определяющий признак быдла, и роднит российскую интеллигенцию с российскими люмпенами; только у последних всегда рожа репой, а у первых всегда как бы просветленная, а репой делается только для совершения паскудств всяких.

Смешное обстоятельство заключается в том, что я тогда нашел для этого мудака смягчающие обстоятельства, пожурил себя за чистоплюйство и продолжил с ним общаться. В следующий раз (или один из следующих, не помню) он взял у меня почитать книжку. Я вообще книги выдавать из дома не любил, но для него сделал исключение. Во-первых, интеллигентный человек. Во-вторых, книга была новая, только что вышедшая, прямиком из Лондона - то есть не раритет, и восстановить ее, если что, не составило бы труда. Прошла пара-тройка месяцев, френд снова приходит и возвращает книгу. Не то что помятую там, или со сломанным корешком, или еще чего. Нет, просто измочаленную в говно, такого вида, как будто на ней жопой ерзали или уж прямо скажем ебались каждый божий день истекшего промежутка. Но не это меня поразило в тот момент до полного охуения. Не это, а то, что френд возвращал книжку как бы на голубом глазу - in good faith, ткскзать, - при этом очевидно наблюдая выжидательно за моей реакцией. На его лице было написано крупным каллиграфическим шрифтом: ну я же один раз уже насрал тебе на голову, и ты нормально обтек; так что все путем, да? Но, вероятно, уж слишком сильно у меня упала челюсть, и только тогда ебаный интеллигент поспешно сказал: ну дык мы ее на пляже читали; я вам новую куплю.

Нужно ли добавлять, что от любезного предложения я отказался, и что это была наша последняя с френдом встреча в грубом реале? Позднее, дождавшись подходящего предлога (какого-то особо мудацкого его поста), я и из френдов его удалил. Не могу точно сказать, было ли это мое первое столкновение с интеллигентом новой породы, или просто к тому моменту мое самосознание дошло до соответствующего прозрения, но история нашего короткого общения запомнилась ярко и сформировала в конечном итоге эталонное представление об интеллигентно-нарциссичном быдле. Чему она нас учит? Да все тому же: никому никогда не давать вторых шансов; и сторониться токсичных нарциссов как параши.

Когда советскому режиссеру нужно разместить в кадре пять персонажей, а камера уперлась в заднюю стенку...
(Шумный день, 1961, реж. Анатолий Эфрос и Георгий Натансон)

По совпадению вчера пересматривали Уайлдера того же года. Уайлдер не особо известен как мастер экранной композиции, но в декорациях делает с фигурами что захочет, Фассбиндер носа не подточит. Конечно, когда нужно, кровь из носа, усадить пять человек за стол, приходится сажать пять человек за стол:



Но тут, разумеется, совсем другие щи, и камере есть куда отъехать. Кстати, при пересмотре пришло в голову, не украл ли Гайдай из этого фильма троицу Труса, Балбеса и Бывалого, несколько напоминающую трех комиссаров. Хронологическая сверка показала, что все интереснее. Первая короткометражка о ТББ, Пес Барбос и необычный кросс, появилась в тот же год (!) и якобы была впервые показана уже в мае на Каннском фестивале. Уайлдер начал снимать Раз, два, три в июне; вряд ли бы ездил в Канн смотреть советское кино; и в любом случае должен был раньше закончить кастинг. Но любопытно типажное и хронологическое совпадение. Три комиссара, конечно, наследуют трем комиссарам из Ниночки, но те были гораздо менее карикатурными (в 1939-м смеяться над Советами было нельзя). В остальном уайлдеровская и советская троица полностью аналогичны: ТББ - те же три комиссара, без чувства юмора, без способности к рефлексии и пр., только вставшие в жизни на путь частного, а не государственного криминала.



Попутно вскрылась другая история. Оказывается, Пес Барбос основан на стихотворном фельетоне украинского поэта Степана Олейника (написанном на украинском языке); таким образом, ретроспективно Труса, Балбеса и Бывалого можно рассматривать как фигуры, созданные с русофобской позиции. Год спустя Олейник еще более отличился, но мне уже лениво живописать, поэтому просто процитирую экстремистский ресурс "Википедия":

3 марта 1962 года в «Правде» был опубликован стихотворный фельетон «Гиревик» поэта Степана Олейника, ударивший по офицерам-отставникам. Фельетон был направлен на дискредитацию военных пенсионеров. Герой рифмованного опуса — 42-летний отставной офицер — был представлен общественности как закоренелый тунеядец и бездельник.

P. S. Кстати, забыл сказать, что бездарный судя по всему Шон Бейкер использует уайлдеровский сюжет в Аноре (соединив его с Красоткой). 

У меня нет слов, чтобы комментировать новости из Параши, но, по счастью, они комментируют себя сами.

Орковское ПВО сначала попало ракетой в самолет "Азербайджанских Авиалиний". Затем самолету отказали в посаде три аэропорта - Грозный, Махачкала и Минводы, - РЭБ перекрыл связь с землей, и у капитана не осталось выбора, кроме как направиться через Каспий в Актау. Орки надеялись, что таким образом самолет упадет в море, и следов военного преступления не останется.

( Read more... )

Страна торжествующих выблядков.

Феерическое видео прислали нам из города Санкт-Петербурга; посильнее, чем новый фильм Мамета. Значит, в отделении Сбербанка, в предбаннике с банкоматами, копошится тетка вида садовая обыкновенная. Одета хер знает во что, в руке авоська. Отдельно нужно сказать про сет-дизайн: на полу лужи грязи, как там модно, вообще собственно весь пол в грязи, аутентичная такая смесь Германа с Ларсом фон Триром. И рамка кадра, кстати, немного туда-сюда: не так, как у последнего, но ощутимо. Возможно, у камеры веко дергается, а может, ее трясет мелкой дрожью от экзистенциального ужаса. Тетка, короче, достает телефон, фотографирует банкомат. Потом чиркает спичкой и осторожненько так подносит и кидает. Тут камере совсем херово стало, я не знаю, выжила она или нет. Видимо, тетка до этого, в прологе, святой водичкой кругом побрызгала, потому что рванули те банкоматы, как пушки острова Наварон.

Это я к чему? Мне кажется, эта короткометражка не только нового Мамета стоит, но и почти всего старого Достоевского. Потому что зарубить топором процентщицу любой дурак сможет, а вот заставить процентщицу испепелить адским огнем отделение Сбера - для этого надобна тысяча лет русской истории.

Жги, Господь.