Хроника моих когнитивных диссонансов (3)
May. 9th, 2024 12:08 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
polecatПрофессор Преображенский пишет сегодня:
1991, поздняя осень, Москва. Темно, холодно, метёт. Я стою в очереди. Очередь за хлебом. Стою метрах в 50 от входа в магазин. Потому что у меня 127-й номер в очереди. 127-й за хлебом. Я этот номер помню до сих пор, через 30 с лишним лет. [...] Я приходил к огромному 2-этажному универсаму, а он в рабочие часы стоял закрытый. Потому что торговать было нечем, буквально. Рядом с входом ставили несколько тележек с молоком и хлебом, к ним выстраивалась очередь.
Не знаю, у кого ложная память: у него или у меня. Булочная располагалась в нашем доме этажом ниже. Не помню никаких очередей за хлебом под нашим окном; чтобы хлеб куда-то пропадал, тоже не помню. Я учился на 4-м курсе инъяза. В институте была столовая, в ней была еда - такая же примерно, как и раньше, то есть так себе, но не в дефиците и студентам вполне доступная. К еде подавался хлеб. Закрытых в рабочее время универсамов тоже не помню. К тому времени уже год как вся страна ела ножки Буша - которые, кстати, профессор тоже упоминает и не оспаривает, но вроде как они были ему не по карману. Тут не могу судить, но страну, тем не менее, от голода они спасли (не то чтобы страна сказала за это спасибо). Чуть позже, в декабре, все будут радоваться развалу СССР. Сомневаюсь, что люди сильно радовались бы, если бы стояли в хлебных очередях.
Я знаю, что многим пришлось тяжело в 90-е, но мне казалось, что это было ближе к середине декады, когда на предприятиях перестали платить зарплаты. 1991-й был важным для меня годом, мне не хотелось бы выяснить, что мои воспоминания о нем меня обманывают.
1991, поздняя осень, Москва. Темно, холодно, метёт. Я стою в очереди. Очередь за хлебом. Стою метрах в 50 от входа в магазин. Потому что у меня 127-й номер в очереди. 127-й за хлебом. Я этот номер помню до сих пор, через 30 с лишним лет. [...] Я приходил к огромному 2-этажному универсаму, а он в рабочие часы стоял закрытый. Потому что торговать было нечем, буквально. Рядом с входом ставили несколько тележек с молоком и хлебом, к ним выстраивалась очередь.
Не знаю, у кого ложная память: у него или у меня. Булочная располагалась в нашем доме этажом ниже. Не помню никаких очередей за хлебом под нашим окном; чтобы хлеб куда-то пропадал, тоже не помню. Я учился на 4-м курсе инъяза. В институте была столовая, в ней была еда - такая же примерно, как и раньше, то есть так себе, но не в дефиците и студентам вполне доступная. К еде подавался хлеб. Закрытых в рабочее время универсамов тоже не помню. К тому времени уже год как вся страна ела ножки Буша - которые, кстати, профессор тоже упоминает и не оспаривает, но вроде как они были ему не по карману. Тут не могу судить, но страну, тем не менее, от голода они спасли (не то чтобы страна сказала за это спасибо). Чуть позже, в декабре, все будут радоваться развалу СССР. Сомневаюсь, что люди сильно радовались бы, если бы стояли в хлебных очередях.
Я знаю, что многим пришлось тяжело в 90-е, но мне казалось, что это было ближе к середине декады, когда на предприятиях перестали платить зарплаты. 1991-й был важным для меня годом, мне не хотелось бы выяснить, что мои воспоминания о нем меня обманывают.
